Инклюзивные дети

6 нестыдных вопросов про инклюзивное образование

Инклюзивные дети

Вы неоднократно сталкивались со словом «инклюзия», но до конца так и не поняли, что это? Тогда мы идем к вам. На простые, сложные, приличные и неприличные вопросы об инклюзивном образовании отвечает благотворительный фонд содействия развитию социально-культурных инициатив и попечительства «Образ жизни».

Инклюзивное образование — термин, который используется для описания процесса обучения детей с особыми потребностями в общеобразовательных школах. В широком же смысле это означает равный доступ к образованию для каждого ученика.

Такой подход признает, что все без исключения — личности с различными потребностями в обучении. И речь тут, конечно, не о пандусах (или не только о них).

Говоря об инклюзии, мы имеем в виду комплексное развитие среды, подготовку учителей, работу с родителями, освещение проблемы через СМИ и многие другие факторы, которые позволят детям с особенностями получить образование.

Если коротко, то так будет честно. Представьте, вы заходите в пекарню за чем-то к чаю, и в витрине лежат шоколадные эклеры, пончики в карамельной стружке и свежий французский круассан. Есть все. Вы выбираете, что понравилось, и счастливый идете домой.

Но как быть, если в этом магазине (или вообще во всех пекарнях и булочных мира) будут продаваться только эклеры, а на шоколад у вас аллергия? В этом суть инклюзии: мы все разные и условия для образования должны быть вариативны.

Инклюзивное образование индивидуальная история, но у каждого особенного ребенка должен быть выбор в формате получения знаний, будь то домашнее образование или инклюзивный класс.

Пандемия оказала негативный эффект на обучение всех детей. Безусловно, уникальным ребятам сложнее обучаться дистанционно, чем детям без особенностей.

Как показал опрос, самым проблематичным оказалось отсутствие у детей доступа к реабилитационным занятиям и дополнительному образованию.

Вторая проблема касается отсутствия у многих родителей возможности полноценно обучать ребенка дома: нет нужных учебников и знаний о том, как использовать онлайн-технологии. Карантин показал, что любое образование не было готово к таким внешним факторам, а инклюзивное тем более.

Ответ есть в Федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации» № 273-ФЗ. Нуждающимися могут быть дети с ограниченными возможностями здоровья, дети с инвалидностью, одаренные дети и дети-сироты, которые рассматриваются как дети с особыми образовательными потребностями. Большинство из них сейчас обучаются дома, следовательно, не имеют возможности социализироваться в обществе.

Важно понимать, что если на улицах мы не видим людей с физическими или психологическими отклонениями, это не значит, что в нашей стране их нет. Вывод совсем другой: среда не приспособлена для комфортной жизни всех групп населения.

Для начала понять, что особенный ребенок в классе — это не проблема, а подарок. В таких классах учебный процесс расширяется и выходит за рамки школьной программы. Инклюзия учит заботиться о ближних, учит гуманизму. Также существует мнение, что в инклюзивных классах дети лучше усваивают знания.

Простой пример: одноклассников могут попросить помочь особенному ребенку в обучении, а когда ты что-то объясняешь другому, то и сам запоминаешь лучше. И конечно, родителям не стоит переживать за возможное ухудшение уровня обучения детей — идея подхода, как мы уже говорили выше, как раз в том, чтобы ни один ребенок не упустил возможность получить необходимое образование.

Это, к слову, показывают и исследования: «обычные» дети, которые учатся в инклюзивных классах, лучше справляются с учебными нагрузками и легче находят общий язык со сверстниками. Ну и, конечно, в инклюзивной среде дети видят жизнь с разных сторон, благодаря чему спустя время человек, например, в инвалидной коляске будет восприниматься детьми как равный, а не «другой».

Все это возможно в совокупности с квалифицированными учителями и подготовленными родителями, которые помогут максимально комфортно погрузиться в инклюзию.

Есть нюансы. Изначально нужно понимать, что такая школа редко возможна только за счет бюджетных средств.

В Москве, где инклюзия законом закреплена с 2010 года, есть хороший опыт: ресурсы, технологии, подготовленные специалисты. В других регионах все более формально. Формальная инклюзия — не выход.

Конечно, дети могут физически находиться в классах, но при этом быть полностью отрезанными от совместной деятельности.

Как правило, в инклюзивных школах приходится не больше чем два-три ребенка с ограниченными возможностями здоровья на класс из 15–20 человек.

Помимо всех необходимых профильных врачей, в школах могут работать инструкторы ЛФК и быть открыты АВА-классы.

Многие дети с особенностями учатся в школах по адаптивному индивидуальному плану и могут посещать ее в особом режиме, но предметы и учебники одинаковые для всех.

Вам будет интересноВам будет интересноВам будет интересноВам будет интересноВам будет интересно

Источник: https://flacon-magazine.com/rubric/people/6-nestydnyh-voprosov-pro-inkluzivnoe-obrazovanie

Просто о сложном. Как говорить с детьми об инклюзии

Инклюзивные дети

Условия современной жизни диктуют необходимость обучения и воспитания детей на основе принципов, направленных на обеспечение комфортного пребывания каждого ребенка в мультикультурном социуме и полноценного развития независимо от их особенностей, формирования у детей толерантности, складывающейся из уважения к точке зрения другого человека. Идеи равных прав и возможностей для всех без исключений объединились в стратегию Diversity and Inclusion (сокращенно D&I), в переводе это означает «Многообразие и вовлечение». Основой данной стратегии является позиция открытости и уважения к различиям, которые существуют между людьми: этническим и религиозным, половым, физическим, умственным и другим. С 2018 года популяризацией идей «Многообразия и вовлечения» в России занимается ассоциация «Равные права и равные возможности».

Ассоциация «Равные права и равные возможности» – первая в России коммуникационная площадка для коммерческих, некоммерческих организаций и лиц, имеющих успешный опыт внедрения проектов, практик и программ, направленных на устранение трудовой и социальной дискриминации лиц на основании их пола, возраста, физических или иных ограничений.

Учитывая актуальность вопроса воспитания нового поколения в условиях мультикультурного социума, эксперты Ассоциации создали уникальную информационную брошюру, где собрана и систематизирована вся необходимая информация.

Подготовка данной информации проходила при поддержке сообщества PROЖенщин и сети частных детских садов «Интересный детский сад».

«Мы разработали данное методическое пособие, чтобы им могли пользоваться и родители и, что очень важно, учебные заведения! К сожалению, во многих учебных заведениях занимаются только развитием академических навыков, совсем забывая о воспитании и развитии таких важных составляющих эмоционального интеллекта, как эмпатия. Забывая, что одна из основных современных педагогических функций – развить в ученике способность быть толерантным к разнообразию мира. Уметь общаться и принимать разность других людей. Помогать преодолевать ребенку психологическую неустойчивость. И чем раньше учебные заведения (желательно с детского сада) этим займутся, тем проще и комфортней будет жить людям в мире», – комментирует Жанна Казанская, учредитель сети детских садов «Интересный детский сад» и частной школы «Интересная Школа», основатель бренда детской одежды «Zhannaandanna».

Информационная брошюра «Просто о сложном. Как говорить с детьми об инклюзии» разработана на основе анализа последних российских и зарубежных исследований. В данной статье мы рассмотрим основные положения, представленные в ней.

Виды разнообразия. Что оно подразумевает, что значит быть «не таким»

Отличаться от других — это нормально.Каждый ребенок от рождения уникальный и особенный. Каждому даны свои особые таланты, перед каждым стоят уникальные задачи в жизни. Не нужно стесняться своих особенностей, так как зачастую именно они делают нас неповторимыми.

Разнообразие – это реальность, созданная отдельными людьми и группами из широкого спектра демографических и философских различий.

Чрезвычайно важно поддерживать и защищать разнообразие, потому что, оценивая отдельных лиц и группы людей без предрассудков и создавая атмосферу, в которой справедливость и взаимное уважение являются неотъемлемой частью, мы создаем заботливое общество, основанное на сотрудничестве людей.

Разнообразие представляет собой набор сознательных практик, которые включают в себя:● Понимание и оценка взаимозависимости человечества, культуры и окружающей среды;● Практика взаимного уважения к качествам и опыту, которые отличаются от наших собственных;● Признание того, что личная и культурная дискриминация создают и поддерживают привилегии для одних, создавая и поддерживая недостатки для других.Таким образом, разнообразие включает в себя знание того, как относиться к тем качествам и условиям, которые отличаются от наших собственных и не входят в те группы, к которым мы принадлежим, но в то же время встречаются среди других людей.

Многообразие и вовлечение: стратегический подход

Одной из важнейших составляющих частей стратегии «Многообразие и вовлечения» является инклюзия. Мировая практика инклюзии давно доказала, что обучение детей с ограниченными возможностями в массовой школе дает положительные результаты как для самих детей, так и для одноклассников.

У обычных детей, которые учатся рядом с особенными, появляется больше сочувствия, сопереживания и понимания, они становятся общительными и терпимыми. И это единственный путь к инклюзивному обществу, в котором люди с особенностями развития не воспринимаются как изгои. В Федеральном Законе РФ «Об образовании в Российской Федерации» в ст.2 п.

27 закреплено понятие «инклюзивного образования», которое заключается в обеспечении равного доступа к образованию для всех обучающихся с учетом разнообразия особых образовательных потребностей и индивидуальных возможностей.

Инклюзивное образование предусматривает не только включение детей с ОВЗ в образовательный процесс, но и перестройку всего процесса образования для обеспечения образовательных потребностей всех детей.

История становления новой системы образования в РФ небольшая, так как инклюзивное образование — явление недавнее, и процесс его развития в нашей стране находится на начальных этапах формирования. В связи с этим, на сегодняшний день, существует ряд проблем:1. Отсутствие нормативных документов регламентирующих инклюзивное обучение.2.

Недостаточная подготовленность педагогических кадров, работающих по модели инклюзивного образования.3. Неготовность общества к принятию детей с ограниченными возможностями здоровья, проявляющаяся в наличии отрицательных социальных установок по отношению к детям с проблемами в развитии.4. Недостаточное финансирование инклюзивных образовательных учреждений.5. Отсутствие системы медико-психолого-педагогического и социального сопровождения детей с ограниченными возможностями здоровья в школе.

Буллинг

Внедрение инклюзии – это очень важный шаг в построении толерантного общества. Однако не все готовы принять необходимые изменения, что ведет к появлению таких проблем как буллинг.

Буллинг — это термин, который появился не так давно, однако он обозначает такое известное всем явление, как детская жестокость, травля одного участника коллектива другими, чаще в школе, детских и подростковых группах.Долгое время считалось, что школьный буллинг якобы «закаляет»: пострадавший ребенок становится сильнее.

Исследования последних десятилетий доказали, что травля разрушительна абсолютно для всех участников: жертв, свидетелей и агрессоров. Одни переживают тяжелые психологические травмы: растет риск депрессии и суицида, падает самооценка, возникают трудности в общении и пр. Другие привыкают подавлять окружающих, убеждать с помощью силы.

Группу риска составляют дети с синдромом гиперактивности, признаками аутизма, диабетом, трудностями в обучении, любыми хроническими и острыми заболеваниями или физическими особенностями.Чтобы помочь жертве буллинга, одними советами о том, что надо уметь за себя постоять (а это тоже распространенная, хотя неэффективная учительская стратегия), не обойтись.

Жертве нужна поддержка взрослых. Но даже сама просьба о помощи может быть для подростка стрессом. Решая, стоит ли обратиться к учителю, ребенок оценивает возможные негативные последствия этого. В исследовании о британских школьниках выяснилось, что подростки избегают обращаться к педагогу прежде всего по трем причинам:1. Неодобрение одноклассников (75,5%)2.

Переживание собственной слабости (64,2%)3. Желание самостоятельного решить проблему (58,8%).То есть поиск помощи может ассоциироваться со снижением статуса и потерей самоуважения. Именно поэтому критически важна реакция взрослых на первое упоминание ребенка о пережитом издевательстве.

Любое несерьезное отношение к такому разговору может привести к замалчиванию проблемы.Мы все рождаемся разными, но права каждого человека — на образование и общение, творчество, участие в жизни общества — остаются неизменными и равными для всех.

«Сегодня среди нас всё меньше тех, кто отказывается признавать наше право на уникальность.

Каждый из нас – личность со своим индивидуальным набором качеств, которые делают нас особенными и тем самым ценными. Об этом идея разнообразия и включённости каждого человека в активную социальную и экономическую жизнь.

И когда мы разговариваем с детьми, выстраиваем диалог (по-моему, образование – это и есть диалог поколений) хорошо помнить о том, что наши дети – это не маленькие взрослые – они другие. Детство – самоценный период в жизни человека, а не просто подготовка ко взрослой жизни. И если мы хотим научить детей ценности каждого, уважению и праву на достойную жизнь каждого, всё что нам надо сделать – это самим увидеть в них равноценных. Надеюсь, наша методичка справится с этой задачей», – Екатерина Рыбакова, сооснователь и президент Рыбаков Фонда, идеолог сообщества PROЖенщин.

Материалы предоставлены порталом Ассоциации «Равные права и равные возможности».

Источник: https://eva.ru/kids/news/read-prosto-o-slozhnom-kak-govorit-s-det-mi-ob-inklyuzii-69513.htm

Инклюзия. Инклюзивное образование. Дети с ОВЗ

Инклюзивные дети

Пормейстер Ольга Викторовна
Инклюзия. Инклюзивное образование. Дети с ОВЗ

Инклюзивное образование.

Дети с ОВЗ.

Сегодня инклюзия рассматривается в качестве одного из стратегических направлений развития системы образования.

Право на доступность качественного образования гарантировано российским законодательством всем обучающимся, независимо от индивидуальных возможностей, с учетом разнообразия особых образовательных потребностей.

Однако, до сих пор большинство детей инвалидов и/или детей с ограниченными возможностями здоровья обучаются в отдельных организациях, реализующих адаптированные основные общеобразовательные программы.

При этом при создании соответствующих новым требованиям форм и способов организации обучения, обеспечении доступной среды лицам с ограниченными возможностями здоровья с различными нозологиями, многие из них способны на равных с нормально развивающимися сверстниками полноценно участвовать в учебном процессе, приобретать социальные навыки и умения.

В нашей стране процесс интеграции и инклюзии детей с особыми возможностями здоровья в образовательном учреждении является не только отражением времени, но и представляет собой реализацию прав детей на образование в соответствии с “Законом об образовании” Российской Федерации.

С введением новых федеральных государственных образовательных стандартов перед педагогами встали новые цели и задачи, а именно образование детей с особыми возможностями здоровья. Конечно, эти идеи не новы, еще в 30 – е годы прошлого века, выдающийся педагог Л. С.

Выгоцкий обосновал идею инклюзивного обучения как педагогической системы, органично соединяющей специальное и общее образование, с целью создания условий для преодоления у детей социальных последствий, генетических или биологических дефектов развития, для успешной социальной практики имеющегося у ребенка физического дефекта.

Об инклюзивном обучении сейчас много говориться, и пишется, казалось бы, информации много, но как оказалось на практике, педагогам не хватает опыта и знаний.

Что же делать воспитателю, если у него в группе ребенок с особенными возможностями здоровья? Прежде всего, изучить особенности ребенка и составить индивидуальный образовательный маршрут.

Сделать это возможно только на основе знаний о конкретном нарушении, имеющемся у ребенка, и понимании компенсаторных возможностей, на которые можно будет опираться при обучении и воспитании. Зная особенности, возможности можно приступать к организации предметно – развивающей среды.

Эффективным условием реализации инклюзивного образовательного процесса является организация предметно-развивающей среды, стимулирующей развитие самостоятельности, инициативы и активности ребенка, обеспечивающей развитие возможностей детей. Особое внимание следует обратить на условия создания предметно – развивающей среды. В первую очередь это безопасность.

Далее комфортность, вариативность, информативность, соответствие возрастным и индивидуальным особенностям развития и интересам детей. Для развития детей с ОВЗ обязательно нужно создавать условия для взаимодействия с детьми в микрогруппах, что способствует формированию социальных навыков общения и взаимодействия.

Организация педагогами игровой, исследовательской, проектной деятельности в микрогруппах, так же способствует взаимодействию детей. Для этого можно использовать дополнительные программы по организации проектной деятельности, программы физического воспитания, музыкального развития, театральный кружок и т. д. В микрогруппах, решая общие задачи.

Дети учатся общаться, согласовывать совместные решения, взаимодействовать друг с другом, находить общие пути решения разногласий.

Совместное образование здоровых детей и детей с ограниченными возможностями здоровья осуществляется в соответствии с образовательной программой дошкольного образования, адаптированной для детей с ограниченными возможностями здоровья. С учетом особенностей психофизического развития, индивидуальных возможностей, необходимо обеспечить коррекцию нарушений развития и социальную адаптацию воспитанников с ограниченными возможностями здоровья.

Для успешного осуществления поставленной цели, можно выделить ряд задач:

– Создание ребенку с ОВЗ условий для осуществления содержательной деятельности в условиях, оптимальных для его всестороннего и своевременного психического развития;

– обеспечение охраны и укрепления здоровья ребенка;

– коррекция (исправление или ослабление) негативных тенденций развития;

– стимулирование и обогащение развития во всех видах деятельности (познавательной, игровой, продуктивной, трудовой);

– профилактика вторичных отклонений в развитии и трудностей в обучении на начальном этапе.

Создание индивидуального маршрута, внимание и терпение педагога позволяет достичь прекрасных результатов. Для обычных детей опыт совместной деятельности с детьми с ОВЗ просто необходим, если мы хотим воспитать в будущем милосердного, толерантного, доброжелательного члена нашего общества.

В свою очередь дети с ОВЗ прекрасно социализируются в сообществе сверстников и в социуме в целом. Дети живут общим коллективом, не делая различий. Ребенок получает шанс реализовать, проявить себя. Его жизнь перестает существовать в рамках ограниченного пространства.

Надо отметить, что родители детей с ОВЗ, как правило, очень активно включаются в совместную работу с педагогом. У них появляется возможность выйти за рамки семейного общения, понимание, что у ребенка есть возможность социализации, а значит, появляется уверенность в завтрашнем дне.

Педагог вообще должен быть ориентирован на поддержку таких родителей и обязательно прорабатывать различные способы взаимодействия от психологического до образовательного. На каждом этапе образовательного процесса, можно и нужно включать родителей в создание индивидуально – образовательного маршрута, тогда эта работа будет наиболее продуктивной.

Задача педагога помочь родителю не стеснятся своего ребенка, воспринимать таким, какой он есть, помочь ребенку быть уверенным в себе, развивать его познавательную деятельность и эмоционально – волевую сферу.

Признание государством ценности социальной и образовательной интеграции детей с ОВЗ обусловливает необходимость создания для них адекватного образовательного процесса именно в общеобразовательном учреждении, которому отводится центральное место в обеспечении так называемого «инклюзивного» (включенного) образования.

Список литературы:

1. Алехина С. В. Готовность педагогов как основной фактор успешности инклюзивного процесса в образовании /С. В. Алехина, М. Н. Алексеева, Е. Л. Агафонова //Психологическая наука и образование. – 2011.- № 1. – С. 83-92.

2. Инклюзивное образование в России. ЮНИСЕФ. М., 2011.

3. Токарь И. Е. Инклюзивное образование : опыт и перспективы развития: [подготовка кадров для реализации идей совместного обучения] / И. Е. Токарь// Социальная педагогика. – 2011. – № 5. – С. 93-105.

Источник: https://www.maam.ru/detskijsad/inklyuzija-inklyuzivnoe-obrazovanie-deti-s-ovz.html

«Инклюзия — это не история про жалость»

Инклюзивные дети
В России скоро вступит в силу новый стандарт, при котором дети с ограниченными возможностями будут вовлечены в процесс образования наравне с обычными.

Инклюзивное образование полностью войдет в нашу жизнь. Чтобы понять, кому и зачем это нужно, мы поговорили с педагогом-психологом Надеждой Болсуновской, председателем движения «Право на счастье».

– Расскажите, как проходит процесс инклюзии?

– Бытует мнение, что при инклюзивном образовании ребенок с ограниченными возможностями, попадая в среду здоровых детей, остается брошенным, сам по себе. Но это не так.

На самом деле, инклюзивное образование — это специально организованный процесс. Он построен так, чтобы нейротипичные (так на языке специалистов называются обычные дети — прим.ред.

) и дети с инвалидностью получили максимум для своего развития. Чтобы всем было комфортно от такого взаимодействия.

Прежде, чем попасть в среду нейротипичных детей, ребенок с повышенными потребностями проходит комиссию, которая определяет меру включения в процесс и те условия, которые должны быть созданы.

Например, комиссия может порекомендовать ребенку приходить два раза в неделю на полдня или каждый день, но в сопровождении тьютора. То есть всё основывается на его индивидуальных потребностях.

Комиссия же определяет программу, по которой ребенок будет обучаться, и нужное специальное медицинское оборудование.

Прежде чем особый ребенок придет в детский сад или школу, формируется команда, которая будет работать с ним. Это могут быть воспитатели, дефектологи, психологи. Команда пишет адаптированную программу для ребенка.

Допустим, учащийся немного отстает в развитии и ему сложно дается математика. Есть несколько выходов, чтобы осилить предмет: ребенок занимается математикой отдельно под руководством другого учителя или воспитателя либо прямо на уроке с обычными детьми, но при помощи тьютора/дефектолога.

Уровень сложности предмета будет ниже, чем для нейротипичных детей.

На примере инклюзивного садика № 16 в Красноярске объясню, как готовятся к приходу в группу ребенка с ограниченными возможностями.

Для начала мы собираем всех ребят и рассказываем им, что каждый человек уникальный и имеет свои индивидуальные особенности: кто-то носит очки, кто-то слуховой аппарат.

Мы проигрываем разные ситуации, показываем сценки, читаем сказки, например, «Цветик-семицветик».

Далее ребенок с ограниченными возможностями приходит к нам в гости. Это может быть праздник. Дети учатся вступать в коммуникацию, и у них возникают вопросы наподобие «почему он/она не ходит, не говорит, не слышит?». Постепенно мы пришли к выводу, что у детей нет барьеров. Все барьеры в головах у взрослых, которые очень долго жили в мире без инвалидов. А инвалиды жили в другом мире.

Дети нашего детского сада придерживают дверь перед ребенком на коляске, помогают учиться тем, кто слабее их. Чувствуется атмосфера абсолютного равенства, сплоченности. Между детьми складываются теплые отношения, главенствует взаимопощь.

Большая работа ведется с родителями.

Мы проводили собрания, где рассказывали о нашем инклюзивном проекте. Сами дети рассказывали папам и мамам о своих новых друзьях, которые оказались веселыми и интересными ребятами. Проблем с родителями не было, потому что мы не просто рассказали об инклюзии, но показали ее плюсы.

– Что дает обычным детям инклюзивное образование?

– От инклюзии выигрывают все дети без исключения. Например, если ребенок находится в коррекционном детском садике, где никто не разговаривает, откуда у него возьмется речь? А попадая в инклюзивную среду и видя, как дети говорят, он потянется за ними, все процессы пройдут быстрее.

От инклюзии выигрывают и обычные малыши. У них возникает безбарьерное мышление. Инклюзивная среда учит находить сильные стороны в каждом и не вешать ярлыки: ты очкарик, ты толстый и так далее. Дети становятся более заботливыми, могут выстраивать коммуникацию с разными людьми.

Инклюзивный опыт поможет ребенку в будущем, когда он будет общаться с кем-то, отличающимися от него. Встречая человека на коляске на улице, он уже не будет отводить глаза, пугаться, жалеть. Инклюзия — это не история про жалость. Человек с инвалидностью перестанет казаться диковинкой.

Я уверена, что перед нейротипичными детьми, которые выросли в инклюзивной среде, не встанет в будущем вопрос, что такое пандус и зачем он так необходим перед тем или иным учреждением.

– Сколько может быть детей с инвалидностью в обычной группе/классе?

– Доказано, что для оптимального процесса коммуникации на группу из 25 здоровых детей должно приходится не более 3-4 ребят с инвалидностью.

– Переобучают ли педагогов?

– Обязательно. Снова на примере нашего детского сада № 16. Инклюзией пропитаны все, включая даже техничку. Мы должны быть уверены, что все будут с уважением относится к детям с повышенными потребностями. Педагоги проходят курсы повышения квалификации.

В тех садах, которые мы курируем, проходят семинары: как писать адаптированную программу, как работать команде детского сада, если есть ребенок с нарушением слуха, как увидеть особенности ребенка и другие. Обучение идет постоянно.

При инклюзивном обучении все очень продуманно, организованно, чтобы максимально комфортно было всем участникам процесса. От инклюзии не страдает ни качество образования, ни обычные ребята.

– Все ли дети с инвалидностью смогут учиться инклюзивно? Есть исключения?

– Решать только родителям: отдать ребенка в коррекционную школу/детский сад либо выбрать инклюзив. Такого, чтобы вообще не взяли, быть не может.

Но могут быть случаи, когда ребенок, в силу своих особенностей, пока не готов общаться, находиться в коллективе. Тогда комиссия предписывает индивидуальные занятия со специалистом или постепенный ввод в группу.

Кому-то требуется полгода индивидуальных занятий, чтобы войти в группу, а кому-то хватит месяца.

Снова на примере садика № 16. Ребенок может обучаться некоторое время у специалиста, а потом мы приглашаем его на прогулку, где он знакомится с ребятами.

Не бывает такого, чтобы его привели, бросили на весь день и оставили без всякой поддержки. У обычных людей в головах немного странный образ инвалида: буйный человек, который бьет окна.

На самом деле, порой по внешнему виду нельзя сказать, что у человека есть те или иные особенности.

– О чем у вас чаще всего спрашивают матерей здоровых детей?

Заразно ли это?

Если у ребенка есть онкология, нарушения речи, ДЦП родители думают, что их здоровый малыш может заразиться. Но это совершенно не заразные вещи. Эти особенности возникают в силу внутриутробного развития, определенных травм. Это генетика. Большую опасность представляют дети с кашлем и соплями, которых родители привели в детский сад.

А если всё внимание педагога будет отдаваться ребенку с инвалидностью?

Если ребенок с повышенными потребностями может овладеть материалом в полной мере, то сложностей на уроке с ним не возникнет. Но когда мы видим, что он начинает отставать, к нему приходит на помощь тьютор либо именно этот предмет ребенок изучит на индивидуальном занятии.

Благодаря инклюзии здоровый ребенок учится заботиться, оказывать внимание, активно развивает навыки коммуникации. Ребята помогают осваивать творческие навыки детям с инвалидностью, тем самым совершенствуются еще больше.

Зачем вообще его учить, ведь он всё равно не станет полноценным человеком?

Бетховен был глухим, но это не мешало ему создавать гениальные произведения. Вспомните Билла Гейтса, который страдает аутизмом. Это не помешало ему создать такую огромную компанию, как Microsoft. Доказано: чем раньше ребенок войдет в общество обычных людей, тем больше шансов, что он станет полноценным членом общества.

Например, в Европе детей с повышенными потребностями с детства погружают в обычную среду, и многим потом в школе снимают инвалидность.

Даже если мы не на 100% скорректируем состояние этих ребят, то, по крайней мере, они смогут работать, создавать свои семьи.

Пусть такие дети учатся в своих коррекционных школах, разве в обычной среде им будет не сложно?

Когда дети с инвалидностью обучаются среди нейротипичных детей, у них появляется стимул к развитию, они хотят говорить, играть, читать, они перенимают повадки здоровых детей. Допустим, ребенок с инвалидностью дома не ел ложкой, увидел, как в садике все питаются при помощи ложки, и сам начал.

Зачем их вводят в инклюзию? Мы расстраиваемся, когда видим детей с инвалидностью.

Тогда мы снова показываем все плюсы от инклюзии, которые получат именно здоровые дети.

Наверное, у ребенка родители курили и выпивали, раз он такой уродился?

Такие дети могут рождаться у родителей, ведущих здоровый образ жизни. Это нельзя предугадать наверняка. А у мамы-наркоманки и алкоголички в одном лице может родиться абсолютно здоровый ребенок.

– А чего боятся мамы детей с инвалидностью?

– Они переживают, как примут их ребенка в коллективе, не будут ли обижать. Спрашивают, какие условия будут созданы.

Еще раз повторю: сопровождение, адаптированная программа, специалисты, обученные педагоги, город выделяет много денег на оборудование. Особенно большой прогресс виден за последние полтора года. Мы пытаемся учесть все детали.

– Расскажите о детях, которым пошло на пользу инклюзивное образование. Что они приобрели нового?

– У каждого ребенка есть динамика развития и мы ее отслеживаем. Это очень важная вещь. Однажды пришел мальчик, которому было сложно повторять за нами даже элементарные вещи, например, похлопать.

Заставить его что-то делать было проблемно, он не включался в групповые процессы.

Что имеем сейчас: ребенок подражает любым действиям, понимает все инструкции, умеет работать с доской, знает цвета, буквы, цифры и это всего за полгода работы.

Девочка Лера имела сложности с речью. После операции пришла к нам. Мы поняли, что наша команда должна стимулировать ребенка говорить. Лера стала петь, говорить, всё повторяет. Девочка видела, как поют другие дети, и начала подражать им. Сначала не очень получалось, но постепенно налаживалось.

Мы не считаем этих детей больными, просто у них есть особенности. Ведь если человек носит очки, мы же не считаем его неполноценным.

– Почему инклюзивное образование начали активно вводить в последнее время?

– Во всем мире инклюзия является нормой уже лет сорок. А мы к этому постепенно подошли только сейчас. В СССР общество было полярно: вот есть обычные люди, а есть инвалиды с их коррекционными школами и интернатами.

Но ведь у детей с инвалидностью должны быть права, как у всех, они такие же, как мы. Даже в Конституции написано, что каждый ребенок может получать образование. Просто не было механизма претворения этого в жизнь.

В последнее время люди с инвалидностью все чаще отстаивают свои права, началась борьба за полноценную жизнь.

Инклюзия нужна для того, чтобы не было разделения. Когда люди видят человека на коляске на улице, то они начинают рассматривать его, глазеть, как на диковинную зверушку. Мы не умеем выстраивать коммуникацию с такими людьми.

Благодаря инклюзии каждый ребенок реализует свое конституционное право на образование.

Сегодня в инклюзивных садиках Красноярска обучается несколько сотен детей, тогда как несколько лет назад такие случаи были единичны.

– Что еще предстоит сделать?

– Мы еще в самом начале пути и сделать нужно будет много чего. Родители нейротипичных детей должны понять, что инклюзия — это здорово и для их ребенка, тогда вопросов станет меньше.

Необходимо переобучать педагогов, поставлять специальное оборудование. Красноярский край очень многое делает для инклюзивного образования. Важна доступная среда. У нас в городе нет пандусов, специальных пешеходных переходов. Детям с инвалидностью сложно передвигаться по городу.

Садики будут предоставляться по месту жительства, чтобы ребенку было несложно приходить туда каждый день.

– В каких городах России развита доступная среда?

– Конечно, в Сочи. Все было отстроено к Олимпиаде. Там бордюры заканчиваются нормальным съездом, имеются хорошие лифты, пандусы. В Красноярске же пандусы сделаны на «отвяжись».

Говорят родители

Татьяна Никулина, мама Семена, ребенка с ограниченными возможностями, рассказала, как чувствует себя сын среди нейротипичных детей:

– Сёма чувствует себя прекрасно. У него появляется мотивация что-то делать. Идет тщательная работа с воспитателями, детьми. Проводятся беседы. Я сама нахожусь в садике полдня и отвечаю на вопросы ребят. Работа идет постоянно. Мальчик изменился в эмоциональном плане, он хочет идти в детский сад, ему там интересно.

Татьяна Шементова, мамой обычной девочки Анастасии:

– Страх, конечно, присутствовал: а как они будут общаться? Но когда я увидела прогресс, он прошел. Дети хорошо принимают ребятишек с инвалидностью. Я довольна инклюзией. Мой ребенок учится жить, помогать и осознает, что это совершенно нормальные ребята.

Показалось немного странным, что в эпоху интернета, когда информацию о любом предмете можно найти щелчком мышки, звучат такие вопросы: а не заразны ли ДЦП, синдром Дауна и так далее. Детей с инвалидностью не стоит бояться или жалеть. Им нужно помогать.

Нарина Георгян

Источник: https://dislife.ru/articles/view/39010

Инклюзивная – это какая? Что значит инклюзивная школа или инклюзивный театр?

Инклюзивные дети

Долгое время в отечественной системе образования детей делили на обычных и с ограниченными возможностями. Поэтому вторая группа не могла до конца интегрироваться в общество.

Не потому, что сами дети не были готовы к социуму, напротив, это он не был подготовлен к ним. Сейчас, когда все стремятся максимально включить людей с ограниченными возможностями в жизнь общества, все больше разговоров о новой системе.

Это инклюзивное образование, о котором речь пойдет в статье.

Что это значит?

Чаще всего непривычный пока для нас термин используется в педагогике. Инклюзивная – это стратегия образования, которая включает как детей с особыми потребностями, так и обычных. Такой подход позволяет каждому, независимо от его социального статуса, умственных способностей и физических возможностей, обучаться вместе со всеми. Что же все-таки подразумевается под инклюзией?

Во-первых, введение в образовательный процесс всех детей с помощью программы, которая создается индивидуально для каждого ребенка.

Во-вторых, создание условий для обучения и удовлетворения индивидуальных потребностей личности.

Инклюзия в дошкольном учреждении

Новый подход в образовании начинается с самой первой его ступени: детского сада.

Для того чтобы обеспечить детям равные возможности, помещение и оборудование дошкольного учреждения должно отвечать определенным требованиям.

И не нужно забывать о том, что педагогические кадры должны иметь соответствующую квалификацию для работы с детьми. Также обязательно наличие в штате следующих сотрудников:

  • логопед;
  • дефектолог;
  • психолог.

Инклюзивный детский сад – это возможность с самого раннего возраста воспитывать в детях уважительное отношение ко всем сверстникам, независимо от их возможностей. В данный период времени существуют следующие виды инклюзии в дошкольном образовании:

  • ДОУ компенсирующего вида. Его посещают дети с определенными формами дизонтогенеза. Обучение организовано с учетом их потребностей.
  • ДОУ комбинированного вида, где вместе с детьми, не имеющими ограничений, воспитываются также дети с другими потребностями. В таком учреждении создается предметно-развивающая среда, которая учитывает индивидуальные возможности всех детей.
  • ДОУ, на базе которых создаются дополнительные службы. Например, службы ранней помощи или консультативные центры.
  • Массовые ДОУ, имеющие группу кратковременного пребывания “Особый ребенок”.

Но не только в детских садах вводят инклюзию, она затрагивает все уровни образования.

Школьная инклюзия

Теперь речь пойдет о среднем образовании. Инклюзивная школа предполагает следование таким же принципам, что и ДОУ. Это создание подходящих условий и построение процесса обучения с учетом индивидуальных возможностей школьника. Очень важно, чтобы особые ученики участвовали во всех аспектах школьной жизни, как и остальные учащиеся.

Учителя должны быть компетентны в инклюзивных вопросах, должны понимать потребности всех детей, обеспечивая доступность образовательного процесса. В школьный процесс должны вовлекаться и другие специалисты (логопед, дефектолог, психолог).

Также педагог должен активно взаимодействовать с семьей особого ученика. Одной из первостепенных задач учителя является воспитание у всего класса толерантного отношения к детям, чьи возможности могут отличаться от общепринятых.

В театре

Оказывается, область инклюзивная – это удел не только педагогов, но и людей других профессий. Например, театральных. Так бы создан инклюзивный театр.

В нем играют не простые актеры, а люди с различными формами дизонтогенеза (проблемами со слухом, зрением, ДЦП и т.д.). Работают с ними профессиональные театральные педагоги. Зрители могут наблюдать, как актеры выступают в известных пьесах, как стараются им понравиться. Примечательно, что их эмоции отличаются настоящей искренностью, которая свойственна детям.

Основатели подобных театров не просто помогают таким людям найти себя в обществе, но и доказывают, что они обладают большими возможностями. Конечно, ставить “особые” спектакли – это непросто, но те эмоции и чувства, которые получают все участники театрального действа, прибавляют им уверенности.

Проблемы инклюзии

Несмотря на то что принципы инклюзивные – это правильные и необходимые в современном обществе, внедрение в жизнь подобной программы дело непростое. И тому есть несколько причин:

  • непригодная инфраструктура детских садов и школ, построенных в то время, когда такой подход не практиковался;
  • детей с особыми возможностями могут считать необучаемыми;
  • недостаточная квалификация педагогических кадров для работы с такими детьми;
  • не все родители готовы ввести ребенка в обычный социум.

Инклюзивный подход – это возможность создать нужные условия для всех членов общества, независимо от их умственных и физических особенностей.

Но для того, чтобы полностью реализовать все возможности инновационного подхода, нужно создать необходимые условия для его успешной реализации.

Россия сейчас находится только в начале инклюзивного пути, поэтому требуется подготовить не только материальную, но и учебную базу для осуществления данного образовательного процесса.

Источник: https://FB.ru/article/326046/inklyuzivnaya---eto-kakaya-chto-znachit-inklyuzivnaya-shkola-ili-inklyuzivnyiy-teatr

Иллюзия или инклюзия: как учатся особенные дети в обычных школах России

Инклюзивные дети

С декабря 2012 года в России официально действует программа инклюзивного образования, которая открывает двери обычных школ детям с особенностями развития. О том, с какими сложностями сталкиваются дети и родители и как обстоят дела на самом деле, рассказывает педагог Надежда Склокина. Она готовит к школе детей с синдромом Дауна Центра сопровождения семьи фонда «Даунсайд ап».

Первый класс. Рассылка

Ценные советы и бесценная поддержка для родителей первоклассников

Сама по себе идея инклюзии — очень неплохая: по задумке абсолютно любой ребёнок может пойти в любую школу. Не у всех родителей ведь есть возможность водить ребёнка с особенностями развития в специализированные учреждения.

Редко бывает, что коррекционная школа или сад находятся рядом с домом, чаще всего приходится ездить на другой конец города.

А реформа предполагает, что особенный ребёнок может учиться в любой школе — в том числе и ближайшей к дому.

Конечно, чтобы принять ребёнка с особенностями развития, у школы должны быть соответствующие ресурсы. Понятно, что должен быть предварительный этап подготовки — нельзя просто в один день привести ребёнка в коллектив и ожидать, что он самостоятельно со всем разберётся, подхватит программу и начнёт показывать результаты.

Сначала дети находятся в так называемых ресурсных классах, где с ними занимаются тьюторы. После освоения необходимого минимума ребёнка переводят в общий класс

Он идёт по своему коррекционному учебному плану, который разрабатывают тьюторы, психологи и специалисты-дефектологи. При этом ребёнок — пусть эпизодически, пусть точечно, но включается в общий учебный процесс: например, все дети читают страницу, а он читает абзац, все пишут двадцать строчек — он две.

Нагрузка зависит от потенциала самого ученика — кто-то справляется лучше, кто-то чуть хуже, кому-то необходимо постоянное присутствие рядом тьтютора, который бы сидел рядом и объяснял, что именно нужно сделать. Оценивается ребёнок тоже по индивидуальной системе, в зависимости от личных достижений.

Такая форма инклюзивного обучения полезна тем, что ребёнок находится в социальной экосистеме — он может заводить знакомства, общаться с другими детьми, ходить вместе с ними обедать, играть, и при этом ему обеспечена постоянная поддержка специалиста.

И это принципиально важно для адаптации особенных детей, поскольку, изолированные от внешнего мира в условно коррекционных школах, они впоследствии испытывают трудности в коммуникации с другими людьми.

Ребёнок же, который интегрируется в общую среду, гораздо лучше адаптируется, развивается, учится общаться со сверстниками, у него больше шансов найти своё место в обществе и жить полноценной жизнью.

Кроме того, программа инклюзивного образования — очень важный шаг вперёд в процессе преодоления существующих предубеждений, которые возникают во многом из-за нехватки информации, из-за того, что дети изолированы друг от друга.

В октябре наш фонд «Даунсайд Ап» и телеканал TLC выступили с просветительской инициативой и запустили социальную кампанию в поддержку детей с синдромом Дауна под слоганом «Не верьте в стереотипы. Верьте в человека». Мы призываем людей по-другому посмотреть на тех, кто отличается от нас.

Понять, что одна лишняя хромосома не делает лишним самого человека, что дети с синдромом Дауна далеко не беспомощны, как многие привыкли думать. Нужно только поверить в них и немного помочь.

В эфире канала по средам в 21:00 выходит программа «Дети солнца» о воспитании малышей с синдромом Дауна, которая докажет, что любовь и поддержка родителей значат больше, чем любые предрассудки.

Всем вышеперечисленным целям служит и программа инклюзивного образования — она ориентирована на адаптацию детей с особыми потребностями и их интеграцию в социум, а не на то, чтобы научить ребёнка с синдромом решать логарифмические уравнения.

Но на деле не всё так гладко. Реформа, как и любые изменения, — процесс живой, долгий и тяжелый. Механика у неё непростая: воедино сращиваются сразу несколько образовательных учреждений, где-то объединяются школы и сады, где-то — школы и вузы, где-то две-три школы формируют единый образовательный холдинг.

Сливаются в том числе и специализированные школы с углублённым изучением каких-то предметов и коррекционные учреждения. И вот здесь главную роль играет человеческий фактор — то, как нововведения воспринимают педагоги.

Есть те, кто находят в себе психологические, профессиональные и энергетические ресурсы и включаются в новую систему, пытаются работать в новой парадигме и относиться к ней не формально, а со всей серьёзностью. Есть и те, кто не принимают реформу и сопротивляются ей.

И это тоже можно отчасти понять, учителя пытаются отстоять те приоритеты и ценности, которые всегда были и которыми они руководствовались долгое время. Например, если учитель математики всегда работал с одарёнными и сверхмотивированными детьми, ему может быть непросто принять в класс ребёнка с ограниченными возможностями и включать его в структуру урока.

Ещё одна проблема, с которой сталкиваются школы после реформы — это нехватка ресурсов. По идее, в каждом саду и школе должны быть коррекционные специалисты — психологи, дефектологи, логопеды, тьюторы, — но в реальности такое бывает нечасто.

В силу разных причин (в основном связанных с переходом на нормативно-подушевое финансирование) школа не может позволить себе нанять в штат всех необходимых профессионалов, и нагрузка на коррекционных педагогов с началом реформы возростает в разы.

Бывает так, что на 3-4 школы всего один логопед — разве может живой человек уделять достаточно внимания каждому особенному ученику с подобной нагрузкой?

Аналогичная ситуация и с тьюторами: конечно, ребёнку с отчётливо выраженными сложностями адаптации нужен помощник, который поддерживает его в социально-бытовом и образовательном плане, который может сидеть на уроке и адаптировать весь процесс, но где его взять? Разумеется, есть и счастливые исключения, когда школы или сады берут тьюторов на полную ставку, но таких случаев не очень много.

Наша школа дефектологии была одной из лучших в мире, а разработки и программы по коррекционной педагогике просто бесценны. К сожалению, многие из них теряются в ходе реформы. Раньше было очень много школ и дошкольных учреждений, большое количество педагогов, которые обучали детей и помогали им с адаптацией.

Для каждой категории нарушений имелись свои учреждения, каждого ребёнка профилировали, дети по возможности получали среднее специальное образование и трудоустройство. Сейчас всего этого практически не осталось — исчезли коррекционные учреждения.

Другое дело, что если школа всегда брала особых детей и работала как коррекционная, даже при слиянии она оставляет за собой статус набирать исключительно детей с ограниченными возможностями.

Но нельзя не сказать, что мы видим удачные примеры инклюзии, когда педагоги искренне стараются и принимают ребёнка, когда директора легко идут навстречу, и родителям не надо штурмовать школу, чтобы устроить туда ребёнка — запрос искренне оказывается услышанным.

При определённом настрое педагогического коллектива для детей эта инклюзия оказывается не формальной, а действительно живой и реальной. Особенно для детей, которые по своему интеллектуальному и личностному развитию в начальной школе способны вливаться в класс и осваивать основную образовательную программу.

Их принимают одноклассники, они лучше социализируются и контактируют, а уровень их знаний может отличаться в лучшую сторону, чем у детей, которые находятся в условно коррекционных школах.

Стопроцентная реализация программы инклюзивного образования зависит от нескольких условий:

  • Работа педагогического коллектива и готовность учителя по-настоящему принять особенного ребёнка;
  • наличие у школы ресурсов (специалистов и коррекционных программ);
  • возможности самого ребёнка.

Лучше всего адаптируется в инклюзивной школе ребёнок, чьи регуляторная и эмоциональная сферы не доставляют больших поведенческих проблем, которого педагогу не придётся постоянно сдерживать.

Иногда бывает и так, что ребёнку комфортнее будет в школе, которая уже имеет большой опыт работы с особенными учениками, где давно внедрены специальные практики, проверенные временем.

Всё индивидуально: родителям не стоит во что бы то ни стало, любой ценой стараться записать ребёнка в общеобразовательную школу, просто потому, что теперь появилась такая возможность. Это не всегда оправдано, и в определённых случаях такие перемены могут даже травмировать ребёнка.

Инклюзия — процесс долгий и сложный, сегодня ещё ничего толком не устоялось. Постепенно, конечно, всё встанет на свои рельсы, но сложно понять, сколько времени на это понадобится. Однако самое важное уже сделано: взят курс на правильный подход, который позволяет понять, что все дети обладают равными правами, даже если их возможности не совсем одинаковые.

iStockphoto (DGLimages)

Источник: https://mel.fm/blog/tlc/62503-illyuziya-ili-inklyuziya-kak-uchatsya-osobennyye-deti-v-obychnykh-shkolakh-rossii

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.